À propos de quelques effets sonores et rythmiques dans la prose tolstoïenne

О нескольких звуковых и ритмических эффектах в прoзе Льва Толстого В своей статье — на столь обширную тему — Мари Семон выбрала лишь несколько примеров фонических и ритмических эффектов. Начиная с комического, гротескного, анализ обращается к пародийному, затем к трагическому; от звуков, выражающих тоску и ужас к темпу успокоения. Далее подчеркивается соотношение между звуком и образом: то образ порождает «музыку», то, наоборот, музыка оживляет пейзаж, сливается с ним. Кончается разбор текстов эффектом поэтического «изумления» (Казаки, . . .), тут проза граничит с поэзией. Самыми разнообразными звуковыми и ритмическими приемами прозаик переступает границу нормативной прозы и сообщает слову необычайную динамику. «Слово собака не кусается» — , замечает Вильям Джемс. Зато у Толстого оно подчас приобретает столь сильный реализм, что может и «кусаться». М. С. подчеркивает противоречие между яростными высказываниями Толстого против Шекспира (см. О Шекспире и о драме) — да и других поэтов — за то, что у него «мысли зарождаются. . . из созвучия слов», за то, что он «балуется словами», тогда как сам он, хоть и не «балуется словами», придает звукам важнейшее и богатейшее значение, как видно из этой статьи. Это противоречие, по мнению М. С, объясняется тем, что Толстой упрекает Шекспира в отсутствии реализма. Он же, именно звуковыми приемами, пытается достичь беспредельного реализма. Слово само по себе слишком абстрактно. Он считает необходимым сообщить своему сенсуализму звуковую конкретность, превзойти словесную реальность, придать Глаголу плоть и дух, а порой преобразить прозу музыкой. Недаром, прослушав прелюды Шопена, Толстой воскликнул: «Вот как надо писать рассказы!» Музыка — самое чувственное искусство и вместе с тем самое одухотворенное. В ней нуждается глубочайший реализм Толстого, чтобы в слове выразить и сенсуализм и одухотворенность

Art · Humanities · Historical and Literary Analyses · Historical and Literary Studies · Linguistics and language evolution · Philosophy